17 января пройдет первый тур президентских выборов на Украине, и каждый день становится решающим. Действительно ли для фаворитов гонки эти выборы могут оказаться последним боем? На вопросы Радио Свобода отвечает украинский политолог, директор киевского Института политических исследований и конфликтологии Михаил Погребинский.
— Я не думаю, что это конец истории. Просто логика кампании заставляет бросать в топку выборов все, в том числе самого разного рода компроматы и оскорбления в адрес соперников, которые, возможно, в будущем могут оказаться партнерами. Но сейчас совсем не похоже на то, что они могут когда-либо договориться. Борьба выглядит очень бескомпромиссной. Хотя результаты первого тура выборов вполне предсказуемы уже сейчас. Не вызывает сомнений, что относительное большинство получит Янукович, но вот насколько он оторвется от того, кто будет вторым, пока неясно. А это очень важно для второго тура.
— По поводу компроматов: эта кампания грязнее той, которая была пять лет назад?
— Я бы не сказал. И ситуация другая. В прошлый раз логика была жесткой: война добра со злом. Там многое было сказано впервые и потому было действенно. Когда сегодня повторяют, что кто-то сидел в тюрьме, воровал шапки — это уже не воспринимается так, как тогда.
— А что теперь вместо войны добра со злом?
— Сейчас все одним миром мазаны. Выбор меньшего из зол. И подход един: мы вам всем знаем цену. Никакой катастрофы не будет при победе Януковича, при победе Тимошенко. Поэтому — никакого экзистенционального выбора, надо решать свои проблемы, не особо вдаваясь в то, кто победит.
— Каковы риски у фаворитов в случае поражения? Проигравший теряет все? Или почти все?
— Я думаю, что для Януковича поражение может быть концом политической карьеры или, скажем так, началом конца политической карьеры. За ним окончательно закрепится образ лузера. Проиграть, имея такие замечательные шансы, как сегодня — рейтинговый отрыв на 15%, дискредитация всей «оранжевой» команды, тяжелое экономическое положение — непростительно. И, я думаю, в случае поражения Януковича в этой части политического спектра начнутся поиски нового лидера.
— Его будут искать, по обыкновению, в Донецке? Или уже в другой части Украины – скажем, в Днепропетровске?
— Может быть, и в Днепропетровске. Это вопрос открытый. Да, возможно, география таких поисков размывается или, если угодно, расширяется.
— Что будет означать поражение для Тимошенко?
— Вряд ли для нее поражение может стать концом карьеры. Но это зависит от масштабов поражения. Если это поражение будет с грохотом, скажем, если Тимошенко уступит во втором туре 20 процентов (а такие прогнозы есть), у победителя появится большой соблазн с ней вообще дальше не считаться. И в этом случае она станет тем центром, вокруг которого будут собираться все недовольные Януковичем.
Если же это поражение будет не столь выразительным, сам Янукович будет заинтересован в том, чтобы Тимошенко признала его победу. И тогда он будет готов заплатить за это. Пока непонятно чем, но, я думаю, очень многим. В принципе, я не исключаю даже возможности создания широкой коалиции победителя с побежденным в парламенте — для того, чтобы не устраивать новых парламентских выборов, которые, на самом деле, не нужны в этой ситуации ни Януковичу, ни Тимошенко.
— А в принципе президентская кампания может плавно перетечь в парламентскую?
— Не исключено. Это возможно в том случае, если Янукович одержит внушительную победу и не захочет искать какие-то точки соприкосновения и учитывать интересы побежденной стороны. У победителя Януковича, не имеющего собственного правительства, выбор крайне ограничен: либо идти и договариваться с побежденной, либо стимулировать проведение внеочередных парламентских выборов с какой-то надеждой получить новую коалицию. Хотя, я думаю, что надежд на получение своей коалиции немного.
— Что означает поражение для Ющенко?
— Трудно сказать. Мне кажется, что для него это будет окончательный уход со сцены, но с полной уверенностью это утверждать невозможно. У нас, например, 10-12 процентов такого последовательного националистического электората.
— Но и на этом фланге у Ющенко есть соперники, скажем, Олег Тягнибок, лидер партии «Свобода»…
— Да. Но и с учетом этого на националистическом фланге есть запрос на новых лидеров: Тягнибок слишком радикален, а Ющенко беспомощен.
— Нынешняя политическая структура Украины, представляясь размытой и аморфной, тем не менее восходит к пусть и во многом виртуальному, но общепринятому разделению пятилетней давности на «оранжевых» и «бело-синих». Что-то сейчас, спустя пять лет, может придти на смену этому принципу?
— Это опять же зависит от исхода выборов. Не очень убедительная победа будет стимулировать к поиску компромисса. Тогда процесс размывания остатков старой цветовой гаммы – оранжевые против бело-синих — будет стремительно развиваться, вплоть до создания большой коалиции.
— И коалиция уже будет вполне органичной?
— Вполне органичной. Пусть и не в личностном плане, но по идейно-кадровому наполнению. Конечно, есть масса проблем в формировании какой-то общей структуры. Но есть ясное понимание, что эта структура временная, как, например, коалиция социал-демократов с христианскими демократами в Германии. До следующих парламентских выборов. Но это — вариант перехода к началу формирования новой политической структуры страны без лихорадки новых внеочередных выборов.
— Сейчас контуры такой структуры не просматриваются?
— Нет.