Белорусское общество лихорадит от слухов. То поговаривают, что купить наличную валюту уже практически невозможно (справедливости ради скажу – не далее, как вчера без особых проблем купил сто долларов США в обычном обменнике). То идет слух о том, что невозможно снять валюту со счетов в банках (проверить, извините, не могу, поскольку такового счета не имею). То владельцы пластиковых карт жалуются, что могут снять деньги только согласно некоего лимита.
В общем, от слухов голова идет кругом. И никто так до сих пор и не попытался внятно объяснить, что же происходит. По-моему, в этом кроется очень большая проблема.
В свете этого вспомнилась статья известного российского предпринимателя Михаила Прохорова, опубликованная на днях в газете ”Ведомости”.
Автор отмечает, что, если воспользоваться терминологией теории Дарвина, произошло «резкое изменение среды обитания» и условий в мировой экономике. С учетом скорости передачи информации это неизбежно привело к изменению психологии человека и его отношения к окружающему миру.
Так вот, отношение к окружающему миру среднестатистического белоруса — насколько я понимаю — тревожное неведение. Он не понимает, что происходит и что ему делать — то ли кидаться в банк и снимать деньги со счета, то ли понадеяться на обещания государства о том, что все вклады будут возвращены. Как оценивать российский кредит и обращение к МВФ? Как тревожный звоночек, или как панацею от влияния на экономику страны мирового финансового кризиса? Да и просто — влияет ли этот кризис на нас, а если да, то в какой степени?
Если послушать представителей власти, то выходит, что у нас все хорошо. Главный банкир страны Петр Прокопович заявил, что белорусская банковская система развивается динамично и является устойчивой даже во время мирового финансового кризиса. А подтверждением этому, по мнению Прокоповича, является тот факт, что в последнее время банковские вклады населения увеличились.
А вот независимые эксперты, в частности руководитель Аналитического центра «Стратегия» профессор Леонид Заико, полагают, что в Беларуси вполне вероятна девальвация национальной валюты. Причем, она может быть достаточно серьезной. Солидарен с ним и ректор Московской школы бизнеса экономист Павел Данейко, отметивший, что вопрос девальвации белорусского рубля станет на ближайшее время главной темой для размышлений правительства Беларуси. Со стороны государственных чиновников о возможной девальвации — ни слова.
Вам не кажется, что одно как-то диссонирует с другим? Получается, что либо независимые эксперты сеют панику, либо власть не стремится вести честный диалог с обществом, открыто обсуждая с ним возникающие проблемы.
В свете этого приведу некоторые советы от Михаила Прохорова, статья которого уже упоминалась в начале. По-моему, они объективно полезны и для нашего общества. Итак, господин Прохоров предлагает в первую очередь избавиться от некоторых иллюзий и мифов. А именно:
Миф 1: «Надо обеспечить стабильность всей экономики». Не надо спасать то, что спасти нельзя: старой доброй экономики уже не будет ни на Западе, ни у нас. Будут новые правила игры, отношение стоимости денег к активам, оценка конкурентных преимуществ, мультипликаторы и риски — все будет значительно изменено, и мы можем в этом активно участвовать.
Миф 2: «Большие накопленные резервы — гарантия решения всех проблем». За деньги доверие не покупается. Необходимы психологическая совместимость и понимание действий правительства, участников рынка и населения. Это как отношения врача и больного — оба должны понимать, что происходит, и верить в то, что курс прописанных лекарств поможет, а если доверие исчезает, больной займется самолечением (что сейчас и происходит).
Миф 3: «Национализация — это плохо». Это нормальная рыночная практика в кризисных условиях (наряду с банкротством). Государство всем помочь не может и не должно — акцент только на стратегические и жизнеобеспечивающие, социально значимые отрасли, а чистка слабых и укрепление сильных компаний — основа рыночной экономики.
Миф 4: «Сохраним золотовалютные резервы и крепкую национальную валюту». Думаю, что не получится, придется делать выбор: либо одно, либо другое; и чем скорее решим, тем лучше. А то может опять получиться как всегда: ни резервов, ни крепкого рубля.
Миф 5: «Сохраним высокий рост доходов населения». Рост заработной платы, опережающей производительность труда, уже невозможен.
Миф 6: «Все заявленные меры обязательно реализуем». Ситуация меняется так быстро, что нет ничего зазорного (наоборот — это очень профессионально!) мгновенно заменить неэффективную меру эффективной.
Если некоторые позиции, например, о национализации, для нас безразличны (у нас и так практически все находится в руках государства), то вот на миф номер 2 хотелось бы обратить особое внимание.
Итак, необходимы психологическая совместимость и понимание действий правительства, участников рынка и населения. Тут с Прохоровым не поспоришь. Действительно, кризис — это принцип домино . Скажем, рвануло перепуганное слухами население снимать деньги из банков, и у тех возникают проблемы с ликвидностью. Что приводит к новым проблемам в экономике. И так далее.
Проблема в том, что сегодня нет внятного информационного потока со стороны государства, с помощью которого гражданам честно и внятно объяснялась бы как текущая ситуация, так и возможные перспективы. Ну, например, почему бы не создать на одном из национальных телеканалов антикризисную программу. Пусть бы там собирались как государственные, так и независимые эксперты и раскладывали ситуацию по полочкам.
Кто-то скажет, что я хочу невозможного — ну не привыкло государство отчитываться перед гражданами и вводить их в курс проблем. Не знаю, по-моему, изменение этого стиля поведения пошло бы на пользу, прежде всего, самому государству. Потому что паника — самое печальное, что может быть в стране в условиях кризиса, поскольку приводит к хаосу, который, в свою очередь, затрудняет управление.
А паника, в свою очередь, рождается как раз от незнания и непонимания происходящего. И от слухов, развеять которые одними лишь заявлениями типа «у на все хорошо» вряд ли представляется возможным.
В этих случаях должна разрабатываться четкая антикризисная PR-программа. А PR, как известно, от пропаганды отличается тем, что не допускает умышленного искажения информации. Но зато способен привести к пониманию обществом того, что делает власть и к поддержке этих мероприятий.
В условиях кризиса нужен честный и открытый диалог власти и общества. Так его влияние на происходящие в стране процессы можно хотя бы уменьшить.